***

Пунктиром про нас: отправили домой через океан мою маму, привили шестилетнюю Соню от ковида (Соня даже не пикнула), слетали на Пуэрто-Рико, вернулись, я получила радостные новости по работе, еще поработала, снова взяли биеты на Пуэрто-Рико.

Филя ходит с самокатом между ног, а без самоката пока не ходит, и мы, родители, так гуляем с ним в любую погоду. Убедительно объясняется жестами: до года кланялся на «да» в пояс, потом перестал, зато на «нет» по-прежнему так активно крутит головой, что за голову страшно. Голова у него покрыта восхитительным мягким золотистым пухом, я регулярно обцеловываю ее всю. Говорит какие-то слова уже много месяцев, но почему-то в основном одни и те же, зато с музыкальными интонациями, которые тонко варьирует в зависимости от ситуации и настроения. Вместе с тем, все понимает, даже взрослые разговоры, и активно участвует с помощью жестов, действий, а так же своего ограниченного словаря. Умный, сладкий, спокойный, радостно-светлый, обожает обниматься. Ему на днях исполнилось 16 месяцев, а Соне исполнилось семь лет.

Соня отжигает в школе и на уроках музыки, перешла на учебники следующего года, легко по ним учится на «отлично», когда обращает на учебу внимание, но внимание обращает не всегда — мы жучим и требуем внимательности и совестливости. Вместе с тем, она по семь часов в школе, где все достаточно серьезно, до школы еще надо добраться на машине и добраться назад, а потом еще музыка или уроки — это выглядит для меня, как серьезная нагрузка для ребенка, и не удивительно, что ей хочется шалить и баловаться. Она по-прежнему самая независимая девочка, что, как сказала мудрая Сонина учительница (Соня ее очень любит), очень важно в наше время. Тоже сладкая, но юркая, так просто уже не поймаешь и не обнимешь, и отовсюда торчат длинные локти и прочие углы. Мы вместе читаем, рисуем, делаем какие-то как бы научные эксперименты, а в процессе беседуем, потому что как-то надо — завуалировано или не очень — проводить внушения на полезные темы. Читает она бегло на двух языках, переключаясь с толстых книг на русском на такие же на английском в один момент, совершенно об этом не задумываясь, и сейчас поглощает Гарри Поттера.

Моя жизнь в пандемию с мелким непривитым ребенком крутится воруг семьи, дома и работы, и это немного скучно. Хочется общаться, но раскиданные по миру друзья и коллеги, с которыми мы раньше регулярно слетались куда-нибудь в один город, теперь как-будто еще дальше, спасибо пандемии. А случайных людей будешь ли спрашивать: «Вы полностью привиты? У меня младенец». Также и с путешествиями: Пуэрто-Рико кажется для Фили умеренно опасным, а для нас умеренно приятным, хотя хочется совсем не туда. Надеюсь, это когда-нибудь все-таки кончится. Вместе с тем, я тот психически устойчивый человек, которого можно посылать в Антарктику, если дать ему теплый душ, еду и компьютер: я буду спокойно сидеть и готовиться к тому прекрасному дню, когда Антарктика кончится, льды растят, и я, наконец, всех пересидев, выйду из бункера с отрощенными в бункерных тренировках мускулами и знанием пяти ново-выученных языков. Или хотя бы мне хочется в это верить.